Остров Советов
Приветствую Вас, Гость Понедельник, 08.03.2021, 04:24
1

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 5 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Модератор форума: Redstar  
Остров Советов » Персональные пещеры » Пещера двух музыкантов » "Тишина душит бархатным платком..." (Мое писательское творчество.)
"Тишина душит бархатным платком..."
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Среда, 03.07.2013, 11:19 | Сообщение # 61
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Спой. Ориджинал, стих.]Я не умею плакать напоказ,
Молить богов: "Пожалуйста, не надо!"
Поверь, немало знаю фраз,
Заставивших тебя сочиться бы от яда.

И ваши тайны для меня - не новь.
Нашли, чем удивить! Ой, право, право, грешно
Показывать счастливую любовь
Тому, кто выбрал где-то между.

Немало ран скрываю под одеждой,
Но в сердце - хуже всех! - большая рана.
И не найду я это, друг, потешным
Даже тогда, когда исчезнут шрамы.

Бывалый воин с хрупкою душой,
Как много ты увидел в мире этом сложном?
И есть ли место тайне той большой,
Что знать ты, брат, уж, видимо, не должен?

Спой мне песню, рыцарь, спой,
О дальних странах и прибрежных водах.
Спой, бравый рыцарь с хрупкою душой -
И пусть ветра запутаются в кронах.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Среда, 03.07.2013, 11:19
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Четверг, 04.07.2013, 14:40 | Сообщение # 62
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Лунное безумие. Ориджинал по заявке. Глава 9. Лунное безумие.]Закатные сумерки. В лесу прохладно, свежо, тихо; заливаются трелями маленькие птицы, им вторят мрачным эхом птицы побольше, с более грубым голосом. Легкий ветер перешептывается с низкими облаками, рассказывает небу последние сплетни. Лениво жужжат насекомые, где-то недалеко звонко перекатывает свои воды по отшлифованным камням узкий холодный ручей.

Эми шла по лесу, осторожно ступая по опавшей хвое, устилавшей землю густым ковром - она была босая. С ветки раскидистого дерева ей на голову свалился большой черный жук, стал хаотично шевелить лапками - и безнадежно запутался в локонах девушки. Эмили чертыхнулась, и, забросив тщетные попытки спасти шевелюру, продолжила свой путь.

Честно говоря, она сама не знала, куда и зачем идет - единственной мыслью в ее лохматой голове было то, что она должна идти вперед, просто идти вперед, не сворачивая - что может быть проще?

Вскоре между деревьями наметился просвет, и Эми вышла на небольшую светлую полянку. Она сплошь заросла мелкими дикими цветами и неизвестными девушке травами по пояс. Было приятно ступить на траву после долгой прогулки по иголкам.

Эми глубоко, с облегчением вздохнула и улеглась на землю - стебли обступили ее, как стены, и смыкались над головой наподобие купола. Эмили с наслаждением вдохнула запах цветов; почему-то пахло первоцветами.

Кажется, она задремала; по крайней мере, когда рядом с ней в траву улегся еще один человек, она этого не заметила.

- Прекрасный вечер, не правда ли? - прошептал в нескольких миллиметрах от уха Эми знакомый голос. Обладатель голоса мягко рассмеялся и звонко чмокнул девушку в висок.

Долю секунды она осознавала произошедшее. Но этой доли хватило наглецу, чтобы увернуться от пощечины, которую Эми ему адресовала.

- Я уже начинаю привыкать к тому, что у меня болят скулы от твоих затрещин, - доверительно сообщил он.

Эми задохнулась от праведного гнева. Мгновенно и на месте. И никто не пришел положить цветочек возле ее хладного трупа. Хнык-хнык.

Ну а если быть серьезным, что в данном случае совершенно бесполезно, то Эмили просто еще раз ударила парня по лицу. На этот раз он не успел отклониться.

- Некромант! - пронесся над лесом возмущенный крик девушки. - Сволочь!

Ну а кто же это еще мог быть.

- У меня. между прочим, имя есть, - потирая алеющую щеку обиженно заявила вышеупомянутая сволочь. -Я же не называю тебя постоянно крестьянкой и неудачницей... Больно же! - возопил он, когда она устроила еще одну встречу его с щеки с ее ладонью.

- Так тебе и надо, - мстительно заявила Эми, вставая и отряхивая платье от сухой травы. - И вообще, что ты здесь делаешь? Я же сказала тебе уходить, чтобы глаза мои тебя не видели!

- Ну, скажем, глаза твои меня сейчас действительно не видят - улыбнулся Майк, коварно сверкая зелеными глазами. Он сел так, что голова оказалась где-то на уровне ног Эмили. - Они сейчас вообще закрыты...- И, узрев вопрос на лице девушки, пояснил: - Ты сейчас спишь, проще говоря. А я тебе просто снюсь. Этого ты уж точно мне запретить не можешь! Да и вообще, если я хочу тебя видеть... то мне плевать на твое мнение!

И он, заливисто рассмеявшись, подхватил Эмили за колени так, что она с визгом рухнула на землю, и, заключив ее таким образом в крепкие объятия, покатился с ней по поляне. После нескольких минут борьбы со стороны девушки Майку таки удалось уложить ее на лопатки и прижать к земле. С торжествующим видом, тщетно пытаясь отдышаться, он уселся к ней на ноги так, чтобы она не могла сбежать.

Эми тяжело дышала, в глазах ее была паника.

- Ты... ты... чего тебе надо?

- Тебе весь список перечислить?

- Чего?! Слезь с меня, извращенец! Я закричу! - Эми попыталась встать, но даже сесть ей удалось с трудом - и то она сразу завалилась на спину.

- Кричи сколько влезет, - устало сказал некромант, запрокидывая лицо к сумрачному небу, которому было наплевать, что по законам природы ему давно пора темнеть и выпускать звезды на прогулку. - Говорю еще раз, это - твой сон. И чтобы ни случилось, это все останется лишь сном.... за исключением некоторых вещей, но это потом, сейчас же... - Эми снова испугалась и начала брыкаться. - Да не дергайся ты! Ничего я с тобой не сделаю, не истери!

- Тогда чего сидишь на мне?

- Иначе ты убежишь. У меня совершенно нет желания гоняться за тобой по твоим же снам! - Он недовольно фыркнул и нервным движением отбросил длинную челку с лица.

- Тебе надо к цирюльнику сходить, - машинально сказала Эми.

Майк победно улыбнулся. Чего-то он сегодня подозрительно веселый, подумалось девушке.

- Вот! Вот за что тебя люблю, так это за то, что ты очень вовремя подводишь разговор к нужной теме... Кстати о птичках, то бишь, о цирюльниках. Надо бы тебе прекращать общаться с этим Томом...

Целя буря чувств взвилась в душе Эмили.

- Ты совсем обнаглел?! Из-за тебя у меня жизнь летит в тартарары, ты суешься в мои сны, так ты еще и следить за мной взялся?! Ты откуда про Тома знаешь? И вообще, я его только один раз видела! - завозмущалась Эми, снова пытаясь выползти из-под некроманта.

- Истеричка, - почти нежно произнес Майк, усмехаясь. - А вот нечего было лезть ко мне ночью на поляне, я, можно сказать, к тебе привык - теперь расхлебывай. Да и снюсь я тебе в первый раз. Ну и вообще, ты действительно думала. что после всего этого я оставлю тебя без присмотра? Да и к этому смазливому подонку у меня свои счеты... И... - он смутился и снова уставился на обнаглевшие небеса. - Слушай, ты же против будешь, если я тебя еще раз поцелую?

- Против, - опешила Эмили. А это-то тут причем?

-Ага, а если вместо меня будет эта тварь, которая к тебе подлизывалась на свадьбе, ты будешь только рада? - теперь в его голосе слышалась злость.

- Что ты ко мне привязался? Отпусти меня, в конце-то концов! - Эмили начинала выходить из себя. Она считала эти вопросы бессмысленными и не понимала, к чему ведет свои речи некромант.

А вел он их к скандалу и взаимным обидам.

- Значит, я угадал?

- Отстань от меня!

- И что ты в нем нашла?

- Слезь, придурок!

- А я чем хуже?

- Разбудите меня, кто-нибудь!!!

Майк насупился и посерьезнел. Небо над их головами вдруг решило, что хватит комедию ломать, и мгновенно потемнело - словно кто лампу потушил. Звезды опять запаздывали.

- Странный у тебя сон, - задумчиво сказал, некромант, зажигая на ладони зеленый пляшущий огонек. - Небо это сумасшедшее, сплошь хвойный лес, первоцветы в середине лета... Ты точно ничего не пила перед сном?

Эми с чувством саданула его кулаком по плечу.

- Идиот.

- Я же просто спросил... И вообще, от кого я это слышу... все, все, мир, дружба, белый флаг, прекращай меня бить, это уже не смешно! Я чего к тебе в сны заявился-то. Вот, Том этот твой.

- Он не мой.

- Не перебивай. Так вот. Этот ублюдок в свое время очень сильно подпортил мне жизнь и чуть было не испортил смерть, но до этого, слава Тьме и Мраку, дело не дошло. Настоятельно советую от него бежать куда подальше, поскольку он довольно опасен. Если все хорошо сложится, то через несколько дней ты вволю сможешь поплакать над его трупиком, раз у тебя к нему такой прилив нежных чувств. Если же все сложится плохо, то тебе придется от него побегать, потому что просто так он ни на кого внимание не обращает. Повторяю для догадливых: бежать от этой твари со всех ног. Что бы ни говорил, что бы ни сулил, заметишь его на горизонте - сразу дёру, но можно как-нибудь интеллигентно... В церковь прятаться бесполезно, и не пытайся, - мигом понял ее мысли Майк. - И, да. Чтобы ты не думала, что все это навеяно каким-нибудь злым ветром... - Он пошарил в карманах и извлек на свет белый узкую черную ленточку. - Давай сюда руку... - Некромант неуклюже завязал косоватый бантик у нее на запястье. - Криво, конечно, но сойдет. А теперь освобождаю тебя от своего общества...

И Эми внезапно обнаружила, что лежит у себя в постели в своей комнате, на улице ночь и рядом мирно сопят сестры. В окно светила сумасшедшая луна. Эмили на секунду показалось, что она видит близ дома незнакомый мужской силуэт, но наваждение мгновенно прошло.

У нее внутри все болезненно сжалось. Сглотнув комок в горле, Эми подняла левую руку к глазам - и в свете убывающей луны увидела на своей руке неровный шелковый бантик.

***

Уснуть Эми так и не удалось. Остаток ночи она провела у окна за вышивкой - чтобы хоть какая-то польза была от ее бессонницы. Правда, теперь пейзаж на полотне вырисовывался несколько другой: озеро стали обступать деревья, ощетинившиеся иголками, трава на берегу стала выше, а небо застыло в стадии неопределенных вечерних сумерек. Получилось несколько мрачно, но оригинально. К рассвету работа была закончена.

С первыми лучами дверь в комнату скрипнула, и, осторожно ступая, вошла мать, чтобы устроить очередной прогон по программе "Эми, ты ленивая соня, которая ничего не делает". Но к этому времени вышеупомянутая соня и лентяйка уже завязывала свои длинные волосы в пучок лентой, чтобы не мешались - она собиралась успеть к самому началу базарного дня, к тому времени, когда редкие покупатели сонные, вялые и не торгуются. Брякнув маме "Утра!", Эми прихватила простую плетеную корзинку со своей вышивкой и темным вихрем вырвалась на улицу.

Мать осталась стоять в культурном шоке.

***

Рынок был почти пуст: лениво переговаривались две какие-то торговки, под лавкой, куда было встала Эми, спал местный пьяница - Эми не помнила его имени. Пристроившись где-то между тканями и цветочными рядами, она приготовилась к длительному ожиданию - в такой час разве что перекати-поле по площади не гуляло.

За то время, что она там стояла, базар уже успел наполниться продавцами, и несколько людей бродило, позевывая, между рядов. Стоять было откровенно скучно, никто не подходил, не интересовался, солнце вскоре начало напекать голову - и Эми, наплевав на приличия, уселась на лавку и положила на голову вышивку, как платок. Народ стал подходить - но только для того, чтобы поглазеть на сумасшедшую, по их мнению, девушку.

Она умудрилась задремать; солнце тем временем вошло в зенит. Площадь зашумела, зашелестела, зашевелилась, стали слышны крики зазывал и крики тех, кого эти самые зазывалы хватали под руки и тащили к нужной лавке; какая-то женщина попыталась согнать Эми с ее места, на что девушка лениво послала ее ко всем небесам и продолжила свое крайне увлекательное занятие.

Во второй раз Эмили разбудило то, что кто-то сорвал вышивку с ее головы.

- Мрачновато, но сойдет, - оценила девушка, оказавшаяся никем иным, как подругой Эми Ингрид. - И сколько же ты просишь за эту прелесть?

- Три монеты, - Эми прикрыла ладонь глаза от солнца.

- Золотые?!

- Угу.

- Да ты вконец обалдела, подруга.

- Я знаю. Просто деньги позарез нужны. - Эмили беспомощно развела руками.

- Можно поинтересоваться, на какие нужды? - Ингрид повертела в руках полотно и вернула его Эми. - Нечто из ряда вон выходящее?

- Ага. Из ряда вон выходящие размеры налогов, а еще цены на продукты, ткани и прочее. У нас в семье работаем я да мать, а Рина с Анной существуют как предмет интерьера. Только этот интерьер еще и кормить нужно, ужас! - И девушка красноречиво провела ребром ладони по горлу. - Приходится завышать.

- Так у тебя никто не купит, - покачала головой Ингрид. - Ладно, бывай. У меня еще дела.

- Давай. - Эми снова накрылась вышивкой.

Просидела она так, кажется, до полудня - пару раз подходили люди, но тут же сбегали - то они были недовольны ценой, то они просто интересовались, что это девушка так необычно продает - и все уходили, ничего не купив. Эми была зла - к чертям такую торговлю!

В конце концов, она решила вернуться домой ни с чем. Великое дело - влетит от матери; не привыкать. Обидно, что вся работа насмарку - можно как-нибудь на стену повесить, конечно, но это не то!

Вот Эми уже спрыгнула со своего "помоста", вот вздыхает, поправляет мятую юбку... и тут к ней подходит человек, которого Эми, разумеется, сразу узнала - и потому взглянула на него с целой бурей смешанных чувств на лице.

- Привет, - улыбнулся Том. - Продаешь что-то?

- И тебе не хворать. Вестимо, продаю, да вот только не берет никто.

- Ну-ка покажи мне свой товар.

Эми хмыкнула и развернула полотно. Том долго рассматривал, и девушке уже стало скучно, когда он спросил:

- Сколько стоит?

- Купить хочешь или просто так интересуешься? - Эми скривилась.

- А, может, и купить.

- Пять золотых. - Конечно, вышивке цена была две монеты в красный день, но Эми, вспомнив, что сказал ей ночью Майк (гнать от себя любыми способами), намеренно завысила цену.

- Ого, - Том присвистнул. - Дам семь, - решил он через некоторое время.

У Эми челюсть отвисла. ну ничего себе - щедрость! Она хотела что-то возразить, мол, чего просят, то и давай, нам чужого не надо, но Том уже сам вложил ей в ладонь монеты и забрал полотно. Еще раз оценивающим взглядом окинув покупку, он свернул вышивку в рулон и засунул в сумку.

- Отлично, - победно улыбнулся он. - Слушай, у тебя уже все? Тогда пойдем, прогуляемся, познакомимся поближе? - он сверкнул глазами. Эми, сама того не замечая, начала попадать под сумасшедшее обаяние этого парня, но еще пыталась с этим бороться.

- Нет, знаешь, сейчас не могу... У меня дела, извини.

- Жаль... тогда, может, вечером в лес? На звезды посмотрим, поболтаем, цветочки пособираем. - Цирюльник сделал умоляющую моську.

- Это что, свидание? - изогнула бровь Эмили.

- Можно сказать, и свидание. Так что?

Ну в конце концов, за один раз же ничего не случится?..

***

- Мам, я сегодня пойду гулять, меня не ждать, - Эмили и мать были на кухне - Эми расставляла утварь, а мать пыталась отдраить стол.

- С Ингрид?

- Не совсем.

- А с кем же?

- Ну, допустим, с парнем.

- Допустим или с парнем?

- Мам. Опять меня замуж выдать хочешь?

- Ну не без этого.

Эми рефлекторно поправила выбившуюся за ухо прядку - и нащупала разлохмаченный конец шелковой ленты.

Майк ее предупредил.

Некроманту нельзя верить. Скорее всего, он просто решил над ней поиздеваться. А если Том действительно его старый враг - то отличный способ показать Майку, что она ни во что не ставит его советы.

А, может быть, он не соврал. Ведь он уже спасал ей жизнь без особых на то причин; она почему-то вспомнила бесконечно грустный и горький взгляд Майка, когда он рассказывал ей свою историю. Он очень одинок. Может, в нем наконец проснулся человек, и он решил ей помочь... черт возьми, так метаться можно вечно - нужно решать, и решать незамедлительно!

Если не можешь решить сама, обратись к случаю. Эми загадала: если в кухню первой зайдет Рина, то она пойдет, если Анна, сошлется на что-нибудь и останется дома.

И ведь захотели боги подшутить - послали Рину вперед!

Девчушка, хныкая, вошла и остановилась на пороге.

- Ма-а-а-ам, - со слезами в голосе заканючила она. - Я коленку разби-и-ила-а-а!

- Ой ты, горе мое! - Женщина оставила тщетные попытки очистить стол и кинулась к дочери. - Это где ты так?

- Я споткну-у-ула-а-ась!! - и Рина разревелась в голос. Тихо ругнувшись, Эми выскользнула из кухни - сейчас обязательно во всех смертных грехах обвинят ее.

А ей еще нужно привести себя в порядок!

***

Вечер опустился на деревню, уселся на полях и разлегся в лесу. Выла на охоту бледная луна, с каждой минутой набирая силу. Звезды робкой россыпью приютились где-то под боком сизого облака - да там и остались. Ветер, против обыкновения, остался дома - может, у него случилось что-то?...

Вечер плавно переходил в ночь, когда в двери дома Эмили постучали. Поправляя платье, девушка вышла открывать - и застала на пороге Тома со скромным полевым цветком в руке.

- Доброго, - парень слегка поклонился. - А это - вам, мадемуазель. - И он галантно протянул Эмили цветок; та зарделась. - Прогуляемся?

- А как же.

Цирюльник повел ее куда-то ближе к лесу. По пути он рассказывал что-то о встречающихся им растениях, о созвездиях, о новостях в городе, шутил, смеялся, делал комплименты - в общем, старался как можно сильнее заинтересовать Эми.

- Слушай, Том, - спросила она, - а все-таки, почему ты меня пригласил?

- Ты мне понравилась.

- Но ты же говорил, что я не в твоем вкусе!

- Можешь считать, я влюбился. - Том мягко улыбнулся. - А вот мы, кстати, и пришли.

В принципе, Эмили не удивилась бы, если он привел бы ее на поляну с выжженным кругом - было такое ощущение, что она просто магнитом притягивает девушку к себе. Любому другому месту она тоже не поразилась бы - красивого в лесу немало. Но то, что она увидела, поразило ее до глубины души.

Перед ней расстилалась небольшая опушка из ее сна. Странные хвойные деревья, высокая трава, стылый ветер. Было такое ощущение, что она вернулась в прошлое - только вместо Майка рядом был Том.

И тут бы ей бежать со всех ног, но что-то ее остановило. Это странное место мгновенно околдовало ее - как и человек, что сюда ее привел.

- Красиво, правда? - прошептал Том, одной рукой приобняв ее за плечи. - В детстве это было мое любимое место, я прятался здесь от взрослых.

- Очень... красиво, - выдохнула Эми. - И необычно как-то.

- Есть такое, - согласился парень и уселся в траву. Эмили села рядом.

- Смотри. - Том указал рукой на огромную, пусть и не полную луну. - Видишь? Луна сводит людей с ума. Ее нужно бояться. Она вселяет бесов в душу и демонов в сердце. Даже сейчас она не унимается - чувствуешь?..

- Но ведь она неполная, - возразила Эмили - и поежилась.

- Именно поэтому мы сейчас можем не бояться. Если бы мы пришли сюда в полнолуние, нас бы охватило лунное безумие, и мы бы потеряли себя.

Эми завороженно глядела в небо. Внезапно ей стало плохо, перед глазами поплыли круги, в голове зашумело, стало холодно.

- Но я вижу, - вдруг сказал Том, - тебя это не спасло.

Эми успела удивиться - и тут луна враждебным светом затопила ее сознание. Небо потеряло границы, разлилось, как река в половодье, заполонило все вокруг; девушка услышала кричащие, молящие о пощаде голоса. Холод распространился по всему телу, темнота теплым вязаным платком закрыла ей глаза, рот и нос, перекрыв дыхание, отвратительным шелестом заползла в уши - и Эми поглотила Тьма.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Четверг, 04.07.2013, 14:40
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Понедельник, 15.07.2013, 19:49 | Сообщение # 63
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Мне нравится ушедшее. Стих, ориджинал.]Мне нравится ушедшее, иное.
Мне симпатичны старые века.
В них что-то неосознанно-другое,
В чем хочется остаться навсегда.

Я обожаю мир Средневековья -
Турниры, ведьмы, смерть, закон и ложь.
Красивыми словами все простое,
Что в этом мире, видно, не найдешь.

Теряюсь сразу в мифах самых древних,
Где не всегда добро одерживает верх.
Рассказы тех, кто к звездам вышел с терний,
Не в меру идеальных, потому - не всех.

И многоцветие кровавых идеалов,
И вера в свет, что больше не вернется.
Красивого в истории немало,
Не хочется менять ее - а может быть, придется.

И пусть ничтожно знаю по-латыни,
И пусть мне претят некоторые кадры -
К кострам Средневековья вовек я не остыну,
И много так осталось сзади тайны.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Понедельник, 15.07.2013, 19:49
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Вторник, 16.07.2013, 14:23 | Сообщение # 64
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=За мои стихи меня небо простит. Ориджинал, стих.]Неверным словом ли, точками, строчками,
Я не задену душевной струны.
И говорит мне кто-то: будь проще!
Но мне лишь сложные чувства нужны.

Я альтруист и не приемлю подлых,
Но слишком слаб, чтобы сказать в лицо.
Быть гадко-сладким уже стало модным,
Боготворим мы нынче только наглецов.

Заместо белых проявлений,
Приемля ложь во имя лжи,
Мы в черно-серых повеленьях
Стремимся тихо век свой жить.

Увидев свет, мы убегаем в ночь -
Боимся фонаря в конце тоннеля.
Мы губим всех, чтоб им же и помочь,
Мы порицаем жизнь, мы отрицаем время.

На наших крышах суицид и ветер,
В оврагах гниль несбывшихся чудес.
Все ищем мы, чтоб кто за нас ответил,
Играя марш на нервах у небес.

И крылья теперь уже только у птиц,
Что не пытались упустить мгновенье.
За мои стихи меня небо простит,
Боль веков - мое вдохновение.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Вторник, 16.07.2013, 14:23
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Четверг, 18.07.2013, 13:36 | Сообщение # 65
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=О красоте. Ориджинал, стих.]Не раз поэты древних воспевали
Красот печаль и красоту печали.
Хоть знали раньше, что изыдет в прах
Огонь очей и пламень на устах.

И то, что верность сильна без прикрас,
Прекрасно знали раньше и без нас.
Прекрасно знали то, что огонь глаз
Коварный змий приветствует подчас.

Ничто не вечно в мире под луной -
Печаль уйми, и радость сердца скрой.
Коль в серости пребудешь целый век -
Забудет о красотах человек.

Недобрый люд скорей уйдет во мрак,
Счастливый же пребудет там и так.
Молитвы шли богам и небесам -
Пусть верят в то, во что не веришь сам.

Нередко строки музы воспевали
Печали бед и бедствие печали.
Коль ты неидеален, некрасив,
Живи красиво - или боль неси.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Четверг, 18.07.2013, 13:36
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Четверг, 18.07.2013, 13:37 | Сообщение # 66
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut="Давайте встречать рассвет вместе!" Ориджинал хренпоймешькакогожанра.]Девушка сидит на подоконнике, закутавшись в бело-синий плед. Ее опутал провод наушников, пальцы сжимают телефон: она жалуется спящим социальным сетям на свою бессонницу. Близорукие глаза смотрят в окно, за стеклом которого начинается утро.

Туманно серое, словно ватное небо висит над миром низко и давит на верхушки одиноких деревьев. Листья их колышутся под влажным ветром, изредка задевая стены грязно-белого многоэтажного дома. Комната девушки располагается как раз на том уровне, чтобы любопытные ветки скреблись к ней в форточку, жадно протягивая свои зеленые лапы к пыльной москитной сетке. Сквозь кроны просвечивают фонари, уличные лампы, окно соседнего дома - девушка часто страдала бессонницей и заметила, что свет там не угасает всю ночь - может, там живет человек, который тоже редко спит?

На матовом небе начинают проявляться бледные пятна, полосы, в комнате делается светлее. Но солнце еще не взошло, и дальние углы жилища девушки надежно укрывает прикроватная тьма.

Свежий, прохладный ветер бьется в окно и приносит с собой запахи мокрой земли и дождя. Ночью прошел небольшой ливень, девушка слышала, как он гулял по жестяному козырьку под окном. Кричит ворона, ей эхом вторит другая, начинается перекличка, звук которой уходит вдаль и неумолимо угасает. Визжит хриплым тенором кот, вторым голосом вопит ворон, хлопают крылья где-то совсем рядом - вероятно, утренняя охота городского хищника пошла насмарку. Дернулось еще раз в агонии птичье эхо - и вновь наступила светлая, ясная тишина, которая посещает землю только в такие неопределенные часы рассвета.

Криком раненого где-то заливается сигнализация, выводит долгую, занудную руладу из гудков - привыкшая к таким концертам девушка столько раз слышала это, что каждый раз повторяет про себя эту мелодию. Она знает, какая нота начнет следующую серию жалобы клаксона, совсем ненужное знание, но его уже не выкинешь из и без того захламленной головы.

Становится прохладно; девушка ежится и чихает себе в руку - все делать как можно тише, родственники проснутся.

Впрочем, она не была особенно огорчена, что ей не с кем разделить этот рахитичный рассвет - она чувствовала, что такое "пограничное" время стоит проводить в одиночестве.

Но, не удержав ухмылки, набрала таки дрожащими от усталости пальцами на пустом поле интернет-сообщения: "Эй, есть кто живой? Давайте встречать рассвет вместе!"[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Четверг, 18.07.2013, 13:37
 
СинянкаДата: Понедельник, 22.07.2013, 21:08 | Сообщение # 67
Художник, писатель, поэт. Драматург ОС
Группа: Пользователи
Сообщений: 299
Последнее уж очень хорошо :3

Доброго времени суток, ваш недоанархист.
 
Клоша из СимеизаДата: Четверг, 25.07.2013, 21:54 | Сообщение # 68
Группа: Гости





Цитата (Синянка)
Последнее уж очень хорошо :3

Ибо автобиографично. Сидел одновременно в твиттере, вконтакте, на Острове и на подоконнике - и писал это.


 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Воскресенье, 01.09.2013, 15:03 | Сообщение # 69
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
И таки продолжение. лолъ.

[cut=Лунное безумие. Ориджинал по заявке. Глава 10. О красивых сказках и глупых девочках.]Эми чувствовала, что лежит на чем-то жестком и холодном. Глаза не получалось открыть, руки затекли, и по ноге что-то ползло – не слишком приятное ощущение, но сил не было даже сбросить с себя это непонятное нечто. Сознание плыло в каком-то багровом горьковатом тумане, в ушах звенело, из далеких глубин сознания всплывали давние, полузабытые воспоминания – в совершенно непредсказуемом, хаотичном порядке. Тяжело было даже дышать – на грудь словно давил многотонный пресс, а легкие отказывались принимать воздух уже где-то в районе ключиц.

Девушка попыталась пошевелить рукой. Тело мгновенно отозвалось резкой рвущей болью. Сжав зубы, она попыталась встать – и сразу рухнула обратно, больно ударившись головой. Багровый туман сгустился.

Черт…

Сначала Эми удалось встать на четвереньки. Поздравив себя с этой победой и цепляясь за все вертикальное, что находилось в радиусе метра от нее, Эмили наконец обрела подобающее прямоходящему человеку положение – и застонала.

Это какие же пытки нужно перенести, чтобы все так болело, да еще и память ко всем чертям отшибло…
Последнее, что она помнила – это то, что ей на поляне с высокой травой стало очень плохо. Что было потом, где она сейчас и как она здесь оказалась, пока оставалось загадкой.

Эми попыталась собрать мысли в кучку и вычленить из нее нужную. Нужной мыслью оказалась та, что советовала сейчас определить, в какой стороне дом и идти туда, пока тропинка не выведет к деревне. Честно говоря, единственный альтернативный вариант состоял в том, чтобы остаться здесь и рано или поздно познакомиться с разбойниками и дикими зверями, а он девушку не устраивал, так что выбора у нее не было.

Башмаки куда-то пропали, а босиком идти было очень больно; вообще все делать было очень больно. Закусив губу, чтобы не заплакать, Эмили шла, запрокинув лицо к небу, которое, к тому же, совершенно обнаглело.

Девушка совершенно точно помнила, что еще вчера луна была ущербная, убывающая, хотя и очень страшная. Сейчас же над лесом висело почти полное светило – вероятно, полнолуние состоится завтра. Как это понимать вообще?

Вскоре Эмили увидела знакомые дома в просветах среди деревьев. Ага, так, значит, это дом Билла, ее дом западнее; Эми свернула и продолжила уверенно ковылять к своему жилищу. Ее кровать едва ли мягче каменистой земли, но, по крайней мере, в комнате точно уютнее, чем в лесу.

Эми случайно наступила на что-то острое; густая, мутная волна боли накрыла ее с головой, слезы брызнули из глаз. Чтобы не закричать, девушка впилась зубами в свой кулак и почувствовала вкус крови во рту. С каждым шагом все веселее и веселее, с отвращением подумала Эмили, отплевываясь.

Пытаясь не обращать внимания на текущую по руке горячую струйку, сжимая зубы до боли в висках, девушка кое-как дохромала до своего дома и обнаружила, что дверь, оказывается, ужасно тяжелая – во всяком случае, открыла бедняга ее с трудом. В доме все спали, и Эми не хотела их будить; но проклятый багровый туман перед глазами не желал рассеиваться, Эмили почти ничего не видела, - и несказанно удивилась, когда поняла, что случайно задела рукой кувшин на столе и сейчас он грудой уродливых черепков лежит на полу. Она услышала, как в соседней комнате заворочалась не знающая сна мать.

- Ой, - тихо сказала Эми, когда женщина вышла, ворча что-то вроде «Рина, ради каких чертей ты тут делаешь». Но, завидев свою среднюю дочь, мать мгновенно побледнела. В свете луны это выглядело в разы страшней.

- Я случайно, - виновато отозвалась девушка. Матери при звуках ее голоса сделалось совсем плохо; она попятилась.

- Свят-свят-свят, - шептала она, дрожащей рукой выводя перед собой крест. – Изыди, нечисть… Патер ностер…

- Мам, ты чего?

- Не говори со мной, погань! – завизжала та, хватая со стола увесистый нож. – Отойди! Зарежу!

- Мам, ау, ты чего? – Эми откровенно ничего не понимала, туман перед глазами мешал думать. – Это я, Эмили! – И отшатнулась, заметив безумный, истерический блеск в глазах матери. – Ты что, меня не узнаешь?

- Рина! Анна! – завопила мать, наступая с ножом на Эми. – Помогите мне!

- Да что происхо…

Эми не успела договорить – женщина с отчаянным криком полоснула дочь по предплечью. Хлынула кровь; багровый туман на миг стал еще гуще – и исчез, уступив место терзающей боли.

Эми зашаталась; у нее подкосились ноги. Опершись на стенку, девушка кое-как пыталась отбиваться от вооруженной матери; та успела ранить ее в бедро и, каких-то миллиметров не достав до шеи, неровной полоской обрезала ей волосы. Тем временем из комнаты вышли сестры; увидев Эми, они тоже начали шептать какие-то молитвы. По окрику матери они пришли в себя, тоже похватали ножи и бросились на сестру.

У Эмили иссякали силы.

- Рина! Ну хоть ты! Ну чего вы ко мне пристали?! Это же я, Эми, да что произошло?!

У девчушки был короткий, тупой ножик; она бросила его в Эми – и промахнулась.

- Заткнись, - глухим, страшным голосом отозвалась Рина. – Ты не моя сестра. Ты… даже не смей произносить ее имени, тварь!

Что может случиться, чтобы ТАК заговорил ребенок?!

Что может случиться, чтобы мать пошла с ножом на родную дочь?

В конце концов, может, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?!

Трое против одной – не слишком справедливый расклад, особенно если эти трое вооружены и идут против беззащитной; Эми теснили к стенке. Девушке пришлось плохо – всерьез драться с ними она не могла по многим причинам, а вот они хотели убить ее совершенно серьезно. Анна изловчилась и ударила ее ногой в живот; Эмили, хрипло застонав, сложилась пополам. Мать уже занесла над ней нож, когда она ринулась в сторону, к двери. Эми воспользовалась тем, что удары прекратились – и бежала изо всех сил, хоть их и оставалось ничтожно мало. Едва успевая переводить дыхание, Эмили помчалась в сторону кладбища.
Почему именно туда – она не успевала понять, но, может, удастся спрятаться где-нибудь в овраге близ ограды; тем временем раны давали о себе знать, ногу свело судорогой, и девушка, вскрикнув, упала на землю. Вслед ей неслись крики матери и сестер, судя по всему, они были уже совсем близко. Превозмогая боль и сдирая в кровь руки, Эми сползла куда-то под церковную ограду – и поняла, что дальше двигаться просто не может.

Девушка зажала себе рот руками, чтобы не издавать звуков. Рядом зашуршала трава – Эмили увидела перед своим лицом маленькие смуглые ноги, огрубевшие от хождения босиком. Захотелось кричать. Рина.

- Она… забежала в церковь?

- Наверное. – Голос Анны; сестра тяжело дышит, она не привыкла бегать. – Тогда можем идти домой. Она… ты понимаешь.

Рина громко всхлипнула.

- Не реви. Двум смертям, как говорится…

- А что, если она была живая? Если настоящая Эми?! И я…

- Это не могла быть Эми. Не во власти человека возвращаться из ада, и на нашу непутевую сестру это тоже распространяется. – Рина зарыдала в голос. – Тьфу ты… пойдем, нас мать ждет. Ну, это… не плачь.

Сестры ушли, а Эми, не пытаясь скрываться, долго размазывала слезы по запачканному землей лицу.

Она не понимала, что произошло. Была куча вопросов, а ответа не было ни одного. Она пролежит тут день, два, а, может, и меньше, и умрет от голода и потери крови. Еще совсем недавно – а словно вечность прошла! – она сама хотела узнать, что же ждет человека за гранью жизни и смерти, а теперь ей предстоит наглядная экскурсия в один конец, гораздо более углубленная, чем тогда, на кладбище.
Слезы кончились, чувства тоже. Осталась ноющая боль, пульсирующая на месте порезов, и огромная, нечеловеческая усталость. Поддавшись последнему, Эми потеряла сознание, - а, может, уснула.

***

Было тепло. Тепло и мягко, а еще очень уютно; где-то рядом по-домашнему потрескивал огонь, и плыли пряные запахи трав. Эми проснулась, но глаза еще не открыла – ей очень нравилось просто лежать и знать, что не надо никуда спешить, и если это смерть – она готова умирать вечно.

Послышался вздох и шелест закрываемой книги.

- И все равно я ничего не понимаю, - признался знакомый голос. Майк. – Если это все так, то это ломает к чертям всю логику.

- Очнись, некромант, - незнакомые Эмили, скрипучие, сварливые интонации. – Ты же имеешь дело с женщиной. О какой логике ты говоришь?

- А инстинкт самосохранения? Он куда запропастился?

- Она захотела покрасоваться.

- Перед кем? Перед <i>Томом</i>?! – имя цирюльника некромант выговорил с таким отвращением, что Эми поежилась.

- С точки зрения человеческих самок, он довольно красив.

- Как будто ты в этом разбираешься.

- Сам ее спроси.

- Проснется – спрошу. И если ты прав, то ой и влетит ей…

- Ну и дурак, - философски заметил обладатель скрипучего голоса.

- От кого я это слышу.

Снова зашуршали страницы. Из этого огрызка разговора Эмили поняла лишь то, что чем позже она выдаст свое пробуждение, тем позже ей влетит. Однако, не тот случай, когда предупрежден – значит вооружен.
Она пролежала так еще некоторое количество времени. Майк шелестел страницами, что-то бормотал, вздыхал, общался со скрипучим голосом, изредка поглядывая на якобы спящую девушку. Потом стал возиться с котелками, висящими над огнем. По ложке выудив из некоторых нужное количество зелий, он смешал все это в одной кружке и поставил остывать на стол. Тут снова ожили неприятные интонации.

- Она не сможет это выпить, - заметил собеседник молодого мага.

- Я в свое время пил это ведрами, - пожал плечами некромант. – Если ей дорога жизнь, то и она сможет.

- Если бы ей была дорога жизнь, она лежала бы сейчас не здесь, а у себя в кровати, целая и невредимая. И тебе не пришлось бы удерживать ее жалкую душонку на грани бытия, - хозяин сварливых интонаций хрипло рассмеялся. Смех его был похож на крики старых ворон, что в избытке селились на крышах деревенских домов.

- Пожалуй, последнюю часть твоей тирады я оставлю без комментариев. Доступно объясняю: это мое дело, а будешь выступать – обрежу крылья.

- Не обрежешь. Не эти же пять кило пуха на разведку отправлять, - собеседник Майка довольно крякнул от собственной незаменимости, но дальше спор продолжать не стал.

Разговора про обрезание крыльев Эми понять, судя по всему, было не дано. Зато стало понятно, что ей скоро предложат выпить что-то, что ее организм может не принять. Ну или ее просто от брезгливости стошнит…

Она решила «проснуться». Вечно она так лежать не сможет, а узнать, какого черта она здесь делает и что вообще происходит, хотелось очень сильно. Так что Эмили открыла глаза – в комнате было очень светло, так что она сразу зажмурилась, - потянулась и попыталась встать с кровати, на которой лежала. Как только она встала, у нее сразу закружилась голова, и она с криком рухнула обратно. Боль на месте ранений проснулась, так что крик сменился стоном.

Эми почувствовала, как ее лба коснулись узкие прохладные ладони. Вместе с прикосновением пришла та приятная нега, которую она ощутила, очнувшись. Девушка открыла глаза – картинка плыла, и вскоре из нескольких мутных силуэтов собрался один вполне целый Майк. Он был бледен, в зеленых глазах застыло беспокойство, но прежней лихорадочности в его облике не было.

- Крепко же тебя помяли, - оценивающе произнес он, убирая руки. – Долго отходила.

- Сколько? – оказалось, что голос у Эми стал тихий, ломкий и надтреснутый, словно испорченный хрустальный бокал.

-Ну, спала ты два дня. А вот где ты перед этим была два месяца, уже мне надо у тебя спросить. Если не поняла – спрашиваю.

- Два… месяца?!

- Благо, не два года. – Некромант уселся на край кровати и всем видом показал, что готов слушать длинную и нудную историю. Хотя от короткой и интересной он тоже не отказался бы.

Но ей нечего было рассказать.

- Я не знаю, - прошептала она, отчаянно смаргивая непрошено подступившие слезы. – Я увидела луну… мне стало плохо… А дальше я ничего не помню. Проснулась в лесу, пошла домой…

- А теперь стоп. Какую луну ты увидела, где это было, и была ли ты одна?

- Луна была неполная. Убывающая… но большая. Поляна с высокой травой и хвойным лесом вокруг. Ты ее знаешь, ты… ты мне на ней снился. – Эми сглотнула комок в горле.

Некромант напрягся.

- Такой поляны не существует вокруг на протяжении нескольких десятков миль. Это <i>точно</i> была та поляна?

Эмили судорожно кивнула.

- Вспомни все, пожалуйста, это очень важно! Ты была одна?

Она промолчала.

- Эми! – Майк схватил ее за руку и взглянул прямо в глаза. – Отвечай, Эми! С тобой кто-то был?

Не в силах оторвать взгляда от лица некроманта, девушка кивнула.

- Том, - почти неслышно сказала она. – Со мной был Том.

Майк зажмурился и отпустил ее ладонь. Отстранившись, он несколько секунд сидел с закрытыми глазами, медленно вдыхая и выдыхая – пытался справиться с эмоциями.

- Знаешь, Эмили, - сказал он, не открывая глаз, - я уже даже не знаю, что и сказать. Это удар в спину.

- Что я сделала?

- А как будто ты не знаешь. Когда я говорил тебе, что нужно бежать, я не имел в виду, что нужно бежать к нему в объятия.

- Я не…

- Дай мне сказать. Я, как последний идиот, тратил силы на проникновение в сон, чтобы убедить тебя быть осторожной, вел воспитательные беседы, даже амулет оставил, а тут…

Это было неожиданно.

- Какой такой амулет?

- Лента, Эми. Черная шелковая лента, которую я тебе передал. Когда ты пошла флиртовать с этим подонком, ты взяла с собой ленту?

Похолодев, Эмили прокручивала в памяти тот вечер. Вот она причесывается… поправляет челку, чтобы в глаза не лезла… слышит стук в дверь и идет открывать. Ленточка, которой она хотела заплести волосы, осталась на прикроватной тумбочке у нее в комнате.

- Нет, - покачала головой она. – Не взяла.

- Арргх! – Майк вскочил с кровати, схватился за голову и начал мерить шагами комнату. Остановившись у стенки, он снова зарычал и с чувством саданул по ней кулаком. С насеста по крышей дома слетела рябая ушастая птица, пролеталась пару кругов, поняла, что не ее время суток, и улетела обратно, небольно клюнув в темечко Майка, который ее побеспокоил. Некромант пару секунд непонимающе смотрел вслед филину, а потом сполз вниз и застонал, закрыв лицо руками. Так и остался сидеть, как изваяние.

Боясь издать лишний звук, Эми села на кровати. Легкость в теле прошла, но девушка не обратила на это внимания.

- Майк…

- Там на столе кружка, - глухо сказал маг. – Выпей все. Не смотри, что гадость… Так раны пройдут быстрее.

Эмили послушно взяла со стола кружку. Питье и вправду оказалось редчайшей гадостью, но она выпила и даже сдержала рвотный позыв, который тут же услужливо приготовил ее желудок. Пока она ничего не чувствовала, кроме тошноты, но говорить об этом не стала.

Тягостное молчание длилось, однако, недолго. Прервал его сам некромансер, когда отнял руки от лица и горько усмехнулся в пустоту.

- Вот смотри, Эмили. Я не знаю, что ты скажешь дальше, но примерно догадываюсь. Наш общий знакомый рассказывал тебе красивые сказки про лунное безумие, так?

-Да, - она кивнула.

- Надо же, все как обычно… Лунное безумие, Эми, это красивая, мрачная, но неправдоподобная история для ловеласов-аристократов прошлого века. Знатные старые дяденьки, которым захотелось молодой девчатины, использовали это в своих грязных целях. Таким заклинанием путем долгих и упорных тренировок мог овладеть каждый, пусть самый бездарный в плане магии человек. Они приводили понравившуюся девушку на террасу, в лес, на балкон, не важно, главное, чтобы не было крыши над головой и была луна. Потом следовал долгий рассказ о том, как люди сходили с ума из-за этого бледного светила, что не могли этому противостоять и так далее. Тут жертва начинала чувствовать головокружение, слышать голоса, видеть призраков – зависит от умения и воображения старых извращенцев. Далее дяденька заявлял, что в таком случае человека может спасти только внезапное, свалившееся на голову яркое, но короткое чувство. Бедная девушка к тому времени была готова уже на все, лишь бы это прекратилось. Дальнейший сценарий понятен, я думаю… Так что вот так, Эми, а Том вполне себе маг, так что с таким наваждением он умеет работать мастерски. Да и я умею, только мне не надо. Не хватало себе еще руки пачкать этой дрянью. – Майк демонстративно передернул плечами.

Эмили почувствовала, что ей снова становится плохо.

- Так что это, он со мной… меня… боги! – Девушка вздрогнула и зарыдала в голос.

- Но-но-но, без соплей, - некромант поморщился, но, увидев, что Эми действительно это волнует, смягчился. – Здесь сценарий немного был изменен. Без изначального… так сказать, финального пункта. Твоим телом наш цирюльник не заинтересовался, - его больше волновало, чтобы тебя в ближайшее время не было в людском поле зрения.

- Правда?..

- Честное слово. Но об этом чуть позже. А теперь продолжай. Ты проснулась в лесу, пошла домой, и…

- Мне было очень больно идти, - Эми всхлипнула и принялась утирать слезы. – И вообще двигаться. Я дошла, открыла дверь, и случайно разбила кувшин… - Дальше она рассказала, как ее встретили в доме, как она бежала, и как она уснула в овраге. – Я думала, я умру. – Она снова всхлипнула.

Некромансер задумчиво почесал затылок.

- М-да, история… Надо сказать, если бы я тебя не нашел, то ты действительно умерла бы. Однако обошлось, и хоть это радует. Попотеть над твоими ранами мне пришлось, но вскоре, если ты не будешь особенно напрягаться, они заживут. Но, предупреждаю – шрамы останутся, и, скорее всего, на всю жизнь.

- Они меня так сильно ранили? – Удивление было неприятным.

- Кто, мать и сестры? Тьфу ты, да это же совсем пустяк, я их за секунду затянул… У тебя был сильный порез вдоль позвоночника и опасная рана около сердца. Нанесены явно магическим оружием, и довольно сильным, я работал долго, но удалось-таки тебя склеить. Да и вообще, - Майк вскинулся, - я в который раз тебя буквально из могилы вытаскиваю, мне бы хоть «спасибо» кто сказал!

Стало очень тихо.

- Спасибо, - сказала Эми с какой-то непонятной интонацией. – Объяснишь мне, зачем вытаскиваешь – вообще цены тебе не будет.

Под крышей ухнул филин. Этот звук можно было принять за смешок.

- Не сейчас, - резко отозвался некромант. – Потом объясню. Может быть. Сейчас… не имеет значения. Единственное, что сейчас имеет значение – что теперь тебе за порог этого дома ни на шаг ступить нельзя будет.

- Это с чего это?

- А с того, - Майк снова вцепился руками в свои волосы, - что по твоей глупости ты теперь мертва.
[/cut]






Фанфики|Пещера
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Воскресенье, 01.09.2013, 15:10 | Сообщение # 70
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
И таки продолжение. Лолъ. [2]

[cut=Зеркало Мира. ФЭНДОМ: Дяченко Марина и Сергей "Ключ от Королевства". Глава 8.]Спалось мне отвратительно. Всю ночь меня мучили какие-то мутные кошмары, замешанные на морях крови и каких-то детских страхах; я просыпалась каждые пять минут и поминала некроманта с его черным замком всеми добрыми словами, которые знала. К утру я была гораздо более усталой и разбитой, чем несколько часов назад, хотя вечером казалось, что такое невозможно!

На рассвете я кое-как привела себя в порядок – если, конечно, тот ужас, что творился у меня на голове, можно назвать порядком; не найдя зеркала и расчески, я наугад пригладила лохмы пятерней. По замку гулял сквозняк, за окном установилась довольно-таки прохладная погода, меня знобило – а я, товарищи, до сих пор в школьной форме!

К тому же, я не знаю, куда мне идти и что делать. Некромант ли придет меня будить или отправит на это опасное дело какого-нибудь дохлого паука? Или мне надо самой искать обоих Максов в этом дурацком замке? А, может, пока я пыталась спать, случился государственный переворот, в Овчинина вселился демон, он убил Максимилиана и борется с пауками? С него станется…

В принципе, все дороги, как оказалось, в максимилиановском замке ведут в холл. Благо, моих старых знакомцев скелетов там не оказалось, а вот хозяин сего здания там вполне обретался.

- С утром, - зевнула я. Максимилиан щеголял своей обычной прилизанной прической и черными одеждами; лохматая я в мятой школьной форме на его фоне смотрелась непредставительно. Ну и шут с ним.

- И тебе того же. Хочешь анекдот?

- Не хочу.

- А придется. Анекдот в том, что твой приятель Овчинин проявил себя соответственно фамилии и отправился гулять по замку. Я второй час пытаюсь этого придурка отыскать. Можно смеяться.

О как.

- А ты что, его не запер?

- Кое-кто тут забыл, что этому интеллектуалу не далее, чем вчера, выдали боевой посох. Он выбил эту грешную дверь и, повторюсь, отправился гулять.

Прекра-а-асно.

- А если дать ему походить, он сам сможет найти дорогу?

- На тот свет, разве что, - некромант кровожадно облизнулся. – Мне нравится твой вариант. Так и сделаем.

И он еще Овчинина идиотом называет. Нет, конечно, Нобелевскую премию за идею шляться по черному замку мы ему присваивать не станем, но он хотя бы добрый.

А вообще, мы друг друга стоим – некромант с королевскими замашками и кровожадными фантазиями, полоумная девчонка с посохом, и недоумок с трясущимися руками. Хотя картины с нас пиши, эх.

А что, получилось бы красиво.

Например, так.

Чисто поле где-нибудь в Тмутаракани. Я на соседском сенбернаре в доспехах а-ля Дон Кихот: «Выходи, некромантище поганое, биться будем!». И Максимилиан, весь в зеленой чешуе, с тремя головами и дохлым вороном на плече. И Овчинин, мой оруженосец, этакий Санчо Пансо после свинки, в шлеме из железного ведра без прорезей для глаз вертит в руках меч и не знает, с какого конца за него браться. Лепота!

Эх, товарищи, что у меня в последнее время с фанта-а-азией…

- А если серьезно?

- А серьезно я уже сказал – я весь замок обыскал. Его нигде нет. Так что он либо у меня в лаборатории, либо где-нибудь в горах. – Макс скривился. – Второй вариант мне нравится больше. Если из какой-нибудь пропасти мы его вытащить сможем, то после посещения моих подвалов его хрупкую психику не спасет никакая магия.

- Вот как раз в это я вполне верю.

Трехголовый Максимилиан дыхнул пару раз пламенем и разогнал кожистым крылом мои дикие фантазии. А жаль.

- Что будем делать?

- А я откуда знаю, маг дороги? Я вижу только один вариант – ждать. Потому что по горам его искать мы будем дольше, чем он сможет там прожить, а если бы он был внизу, его крик мы услышали бы… Будем изображать оптимистов и верить в лучшее.

Смешная шутка.

Однако, как оказалось, этот нехитрый театр произвел на тетушку Судьбу какое-никакое, а впечатление. Окно, около которого мы стояли, на мгновение было закрыто с той стороны чем-то большим и падающим; судя по тем крикам, что были слышны, это что-то было потерявшимся Овчининым.

Макс среагировал мгновенно. Вылетев черным вороном из другого окна, он схватил эту ошибку природы за многострадальную рубашку и потащил обратно в замок. Претерпев поражение в попытках затолкать его через окно (второй раз за день!), Максимилиан недовольно каркнул и понес свой притихший груз к входу.

Когда двери открылись, некромант уже снова человеком, правда, злым, нервным и обиженным – как обычно, в принципе. Овчинин же вообще прибывал в культурном шоке и не мог выдавить ни слова. Я же была в состоянии, близком к овчининскому, - «некромантище поганое» за последние сутки уже несколько раз поразило меня чудесами реакции и милосердия. Мне следовало раздобыть-таки где-нибудь эту грешную печеньку и торжественно вручить некроманту.

- Маг дороги, я зол и обижен, - заявил Максимилиан, затолкав спасенного Овчинина в холл. – Насколько я понимаю, спасать это, - он красноречиво ткнул пальцем в Макса, скорчившегося в позе эмбриона на холодном полу, - твоя забота. Я же должен в сторонке курить клей с лавандой и злорадствовать. В первоначальном сценарии было все именно так.

Клей с лавандой?..

Какая прелесть.

- Ничего не знаю, ничего не ведаю, – я картинно скрестила руки на груди. – А сценарий волен меняться. Я не виновата.

Овчинин захлопал глазами и закашлялся.

- О, наш сборник неприятностей очнулся! – я склонилась над Максом. – Как полетал?

Хлоп-хлоп глазами.

- Говорить не разучился?

Хлоп.

- Ау-у.

Хлоп-хлоп. Буль-буль, карасики.

Здравствуйте, а у нас маг дороги - дегенерат… Ничего, до свадьбы заживет, не беспокойтесь!

Тьфу. Аж противно.

- М-да, - скривился некромант, - и вот это мы должны за пять дней научить магии?

- За четыре, - поправила я его.

- Спасибо. Успокоила.

Максим попытался поднять голову.

Прогресс, однако.

- Ну что ж, попробуем еще раз… Как. Ты. Умудрился. Упасть. С крыши, - ну или откуда он там падал? Из окна? Да какая разница, в принципе…

- Я?

Как, однако, его удивил этот факт.

Максимилиан громко выругался. Я демонстративно заткнула уши.

- Я летать пытался, - Овчинин попробовал пожать плечами, но в таком скрученном положении у него ничего не вышло.

Некромант повторил ругательство. Я встала на цыпочки и отвесила ему подзатыльник. Немного до затылка, правда, не дотянула, ну и шут с ним.

- Маг дороги, драться нехорошо.

- Сквернословить тоже.

- Но это же правда!

Тут поспорить сложно, увы.

***

После долгих выяснений обстоятельств дурацкого самоучения Максима, включающего в себя полеты с крыш, выбивание дверей и поджоги штор (Максимилиан чуть не убил горе-ученика), мы позавтракали (притихший Макс едва не заработал себе инфаркт, когда увидел, что еду разносят пауки) и решили все-таки продолжить вчерашний неудавшийся урок. Тем более, раз этот подарок судьбы проявил такую тягу к знаниям…

Тренировка проходила на каменистой земле близ озера, бывшего пристанища рыбы-зомби. Холодный ветер забавлялся с маслянистыми волнами, не найдя себе другой игрушки. Одинокая тучка на сероватом небе нерешительно металась под пинками того же нагловатого ветра. Какая-то птица, зловеще крикнув что-то в адрес нашей разношерстной компании, трусливо скрылась в трещине одной из скал.

Смелей надо быть.

- Смотри, - объясняла я. – Берешь посох, проводишь вот так… И чувствуешь, где эта грешная опасность… Понял?

- Не-а, - жалобно протянул парень. Глаза мы ему завязали темным пыльным платком, чтобы не подглядывал; я ходила вокруг него, время от времени нанося удары навершием посоха. Он не отразил пока ни одного. – Как чувствую?

Как там мне Гарольд в свое время объяснял?..

Да никак. Сунул меня к одним подозрительным норам, - и давай, понимай, маг дороги, в какой из них ядовитая змея.

Ох, как я теперь его понимаю.

Я с чувством треснула Макса по голове – не посохом, а просто кулаком.

- Ты никак не чувствуешь, - проворчала я, потирая отбитую кисть. – А надо хоть как-то.

Макс наугад ткнул посохом в пустоту – в противоположную от меня сторону.

Некромант заржал. Обещанной лаванды с клеем у него не было, но он и без этого получал отменное удовольствие от представления.

- Помочь тебе, что ли? – он спрыгнул с выступа, на котором сидел, и подошел к нам.

- Заметь, тебя никто не просил, - предупредила я и отступила в сторону. Теперь роль зрителя досталась мне. Попкорна не найдется?..

Некромант полюбовался какое-то время на дезориентированного Макса, а потом начал плести свои заклинания. Вскоре на Максима обрушился целый град атак – из небытия возникали и бросались на него летучие мыши, пауки, черви и прочая дрянь. В конце концов «некромантище поганое» опутало Овчинина паутиной и оставило мне вместо старого друга непонятный мычащий кокон.

- Какое чудо, - фыркнула я.

- А то, - согласился Максимилиан.

На этом представление не закончилось. Пустив по Максу картинный зеленый язычок пламени, некромант сжег паутину и дал тем самым нашему Санчо Пансо возможность двигаться. Максим вскочил, повертел слепой головой из стороны в сторону, сжал посох – и вдруг ка-ак даст по некроманту струей пламени!
Спасло Максимилиана, наверное, то, что огонь Овчинина до сих пор был недействителен. Но что самое интересное, - этот столб был направлен точно на хозяина черного замка, значит, Макс смог почувствовать, где он!

Празднуем победу, господа!

- Твою мать, - прошипел некромант, когда я на радостях подбежала к ошалевшему ученику и сорвала с него повязку. – Я его сейчас убью.

- Рано, - я даже испугалась. – Рано. Вот достанем мы это Зеркало с неоткрытых земель, тогда убивай, сколько влезет, а сейчас он нам нужен целый!

Прозревший Максим удивленно крутил в руках посох.

- Это я… как?

Кажется, праздновать рановато.

- Это ты должен нам объяснить, как.

- Ну… - на лице Овчинина отобразилось тяжкое умственное усилие. – Я просто… увидел его, что ли. Ну и пальнул по нему со всей дури… Я тебя обжег? – повернулся он к некроманту.

- Если бы ты меня обжег, ты бы сейчас уже прощался с жизнью, - Максимилиан красноречиво хрустнул суставами уродливых пальцев.

- Вот видишь, Макс, я его сколько ни била, он ничего не смог почувствовать, - я почти обиделась. – А ты один раз подошел – вон какие результаты…

Некромант отчаянно замотал белобрысой головой.

- Горите вы все в аду со своими уроками, - заявил он, - необязательно ставить опыты именно на мне!

И, фыркнув, он обернулся черной птицей и взмыл в неприветливое небо.

Ну и шут с тобой.

В конце концов, у нас еще столько времени.

***

- Ладно, - я тряхнула головой, разгоняя мысли. – Сможешь повторить фокус?

- С пламенем?..

- Нет, с тем, как ты «увидел» Макса. Только уже на мне.

- Ну, - Овчинин зарумянился, - я попробую…

Однако, сколько он ни пытался, у него ничего не вышло. Наверное, вся беда именно в том, что он старается. Если же его сунуть в какую-нибудь непредвиденную ситуацию, вроде максимилиановского нападения, то, может быть, что-нибудь и получится… Организовать ему что-нибудь вроде моей встречи с «вампирами» в хрустальном гроте, что ли?.. Надо над этим подумать.

Я милосердно дала измученному Максу перерыв. Он рухнул прямо на землю и уткнулся лицом в колени. Просидев так какое-то время, он начал медленно раскачиваться из стороны в сторону, напевая себе под нос что-то надтреснутым голосом.

Это что еще за творческая самодеятельность? Тетушка Шизофрения постучалась в двери?

Я села рядом и тихонько потянула изображающего маятник Макса за плечо. Он остановился, поднял голову и уставился на меня непонимающим взглядом.

- Рановато ты начал с ума сходить.

- Что? Я? Не... нет. Просто… - Он помолчал, подбирая слово, но передумал и махнул рукой. – Как-то все это… странно. И неожиданно. Да и вообще… - Он снова замолчал. – Потом, этот твой… некромант, кажется?.. он меня пугает. Я не могу его понять.

- Ну, это никому не дано, - я усмехнулась. – Я знаю его неплохо, но иногда сама его побаиваюсь. На самом деле он не плохой, не страшный, и маленьких детей не убивает, ну или что ты там знаешь про некромантов. Просто он… непредсказуемый, что ли. Никто не знает, что он в следующую секунду выкинет – и, мне кажется, даже он сам не всегда уверен.

Максим слабо улыбнулся.

- Наверное. И, знаешь, Лен… Ты не думай, что я полный идиот, придурок и так далее по списку, который совсем не понимает, что ему надо делать. Ну, как про сегодняшние полеты… Просто мне нужно немного привыкнуть. Я даже еще не до конца понял, что столько времени учился с магом в параллельном классе. – И он состроил мне рожу. Я, не удержавшись, рассмеялась.

- О чем ты говоришь? Я сама тут первый раз оказалась полтора года назад. Так что ты там не накручивай себя – я тоже вполне новичок! Помнишь Гарольда?

- Как забыть.

- Так вот. Сейчас ему уже столько лет, у него жена, сын-маг… А когда я отправлялась в свое первое путешествие в Королевстве, ему было всего семнадцать, и он был моим учителем! А я, знаешь ли, была жутко тупой ученицей… Веришь?

- Ну, не совсем, - Макс покачал головой. – Это за полтора года он так изменился?

- Какое там!.. У них тут время идет в разы быстрее, чем у нас. Помнишь, год назад, ты увидел меня с одним парнем и втирал мне, что у него лицо убийцы?

- И?

- Тот же Гарольд.

- Да ну.

- Честное слово! Он мне тогда рассказал, что принцессы-невесты…

И я поведала Овчинину историю моих приключений за Ведьминой Печатью, рассказала о нашем знакомстве с некромантом, о принцах и о людоедах, о Королевском Обещании… Макс слушал, раскрыв рот. Мне ужасно льстило его внимание – давно я не чувствовала себя хорошим рассказчиком.

Ведь Максим, в конце концов, должен понимать, чему учится.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Воскресенье, 01.09.2013, 15:11
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Воскресенье, 01.09.2013, 15:19 | Сообщение # 71
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Hello, I am your mind. Ориджинал, сонгфик - Evanescence - Hello.]
- Эми?..

Черноволосая девушка подняла голову. Затуманенные серые глаза с трудом отыскали долговязую мальчишескую фигуру, хотя парень стоял прямо перед ней.

- Эми…

Она кивнула – осторожно, медленно, словно боялась, что ее незадачливая голова свалится с узких плеч. Словно подтверждая – да, меня так зовут. И одновременно удивляясь – надо же, какое короткое у меня имя…

- Эми Линн Ли*, если вы изволите откликнуться, я сочту это за честь, - парень уже в открытую язвил.

Эми кивнула еще раз. Аккуратно, будто стараясь не рассыпаться, подобрала ноги и обхватила колени тонкими руками. Плиссированная юбка неудачно задралась, но она не обратила на это никакого внимания. А зря. Сидя так, вполне можно было простудиться.

Она сидела на обычной школьной игровой площадке, прямо на холодном бетоне. Одинокие баскетболисты тщетно пытались оправдать свое название и забросить мяч в высокую корзину. По унылому осеннему небу лениво плыли сытые от влаги тучи, готовые в любой момент обрушить дождь на неприкрытые головы школьников, но почему-то упорно оттягивающие этот момент. Мокрые листья танцевали вальс с легким неприятным ветром, кружась под ногами неудачливых спортсменов, наплевав на такт и ритм, установив для себя какие-то неизвестные людям правила бала. На краю этой площадки бледная девушка и нагловатый молодой человек начинали разговор, но ни ветер, ни тучи, ни баскетболисты не обратили на это внимания. Их право.

- Привет, Русалочка, - усмехнулся высокий парень. – Простудишься.

Эми захлопала пушистыми ресницами – вероятно, это был признак удивления.

- Почему Русалочка? – очень тихо спросила она. Голос у нее был мягкий, мелодичный и глубокий, но какой-то отрешенный.

- Русалочка, выйдя на землю, потеряла голос. До этого она чудесно пела.

- Я больше не пою, - эти слова девушка произнесла почти неслышно. – Больше… никогда. Кто ты?

Парень, проигнорировав вопрос, уселся рядом с Эми, достал из кармана тертых джинсов мятую пачку сигарет и закурил от исцарапанной лиловой зажигалки. С наслаждением затянувшись, он начал пристально разглядывать свою неразговорчивую собеседницу. Та не обратила внимания на табачный дым и продолжала сверлить взглядом воздух перед собой.

- Что у тебя в левом кармане пиджака? – внезапно спросил он. Эми вздрогнула и машинально сунула руку в широкий карман. Там было пусто.

- Не в этом. На груди.

Туман в чуть раскосых глазах на миг рассеялся – и сгустился с удвоенной силой.

- Там у тебя фотография, - странный молодой человек не спрашивал, а утверждал. – Сестра… кузина. Нет, родная. А почему… - он осекся. Помолчал немного, безмолвно доверяя свои мысли лишь клубам дыма дешевых сигарет. – Вот как. Тебе кто-нибудь говорил, что она уже не дышит?

У Эми мелко затряслись губы. И без того бледнокожая, она побелела совсем, почти до синевы, на лице ее отражался ужас.

- Ты… ты…

- Не маг. Не экстрасенс. Хотя немного необычный человек, если меня можно так назвать... Сама вспомнишь, кто я, или подсказать? – незнакомец затушил сигарету о бетон и пригладил ладонью растрепанные темно-каштановые волосы. Взгляд его был совершенно серьезен и трезв, хотя девушка предпочла бы, чтобы он оказался сбежавшим сумасшедшим из ближайшего дурдома. Подтверждением этой теоремы она нашла психоделический рисунок на его растянутой футболке – такое мог придумать только шизофреник, а купить себе – тем более…

- Кто ты? – голос Эми едва заметно дрожал и звучал глухо, словно она сдерживала слезы.

- Меня зовут Майнд**, и ты прекрасно меня знаешь, хоть и плюешь постоянно на мои советы. Привет, я твой разум.

Эми смеялась долго и истерично. Смех рвался из нее наружу, как вода из поврежденной плотины, и то, что она не понимала, кто сошел с ума – она или этот длинный парень, только добавляло красок ее истерике. Неудачники-баскеболисты косились на нее недоуменно и настороженно.

- Псих, - тяжело выдохнула она, когда закончила хохотать. – Ненормальный… Ты из какой больницы, мальчик?

Парень, именующий себя разумом, отнесся к ее реакции скептически.

- Не веришь?

- Я удивлю тебя, но нет.

- Отлично. Смотри.

Майнд рывком поднялся с бетона, отряхнул джинсы и широкими шагами направился к компании спортсменов. Те, словно не видя его, продолжали мучить бедный мяч. Когда он подошел к ним, ничего не изменилось. Состроив Эми недовольную гримасу, он со всего размаха отвесил самому высокому и накачанному сильную затрещину – девушка только ахнула. На щеке амбала не осталось даже следа пощечины, хотя шлепок Эми слышала явственно.

Продолжая паясничать, Майнд попрыгал у них перед носом, пару раз показал неприличный жест рукой, пнул каждого и громко запел «Боже, спаси королеву». Судя по всему, никого, кроме Эми, это не интересовало – парни упоенно продолжали промахиваться. Не переставая петь, парень выхватил у них из-под носа мяч и забросил точно в корзину. Девушка с ужасом поняла, что баскетболисты продолжают играть воздухом, а мяч Майнд, ухмыляясь, вертит в руках. Вскоре ему это наскучило, и он вернул снаряд в руки одного из спортсменов – и, опять же, никто этого не заметил!

Когда парень вернулся к Эми, та потрясенно молчала.

- Это… как? – наконец спросила она.

- Это так. Они меня не видят. Они меня не слышат. Меня для них нет. Если я тебя сейчас возьму за руку и уведу отсюда, тебя здесь тоже не станет, но они будут видеть твое тело, хотя оно уйдет со мной. И ты просидишь так, пока я не отпущу твою ладонь. Это как сейчас с мячом было. Меня видишь только ты. – Майнд снова достал сигареты, но, повертев пачку в руках, засунул обратно в карман.

- Но ведь так не может быть! – воскликнула черноволосая девушка, забыв о том, что ей только что сообщили.

- Я и обидеться могу… У тебя зеркальце есть?

Рассеянно кивнув, она достала из кармана пиджака маленькую пудреницу. Открыв ее, Эми увидела свое отражение – ничего особенного, если бы не лихорадочный огонь в прежде туманных глазах.

- Вот смотри. Ты видишь свое отражение. Отражается только то, что существует. А теперь, будь добра… - Парень-разум мягко взял свою собеседницу за запястье и переместил пудреницу так, чтобы зеркало находилось напротив него. Эми увидела себя, словно обрезанную фотографию – концы растрепанных локонов, осколок уха с несколькими серьгами, край бледной шеи. Там, где сидел Майнд, отражался лишь бетон и металлическая сетка хлипкого забора. Охнув, Эми выронила зеркальце.

- Видишь?

- Вижу. Точнее… не вижу. Как это? – она вдруг всхлипнула, и, вырвав руку у своего видения, спрятала лицо в ладонях.

Парень приобнял ее за плечи.

- Нет повода для рыданий. Рано или поздно нам пришлось бы познакомиться, а то жить без здравого смысла – это так… так по-твоему, - он вдруг рассмеялся. – Хотя я не хотел бы себе такой сумасшедший разум.

- Сумасшедший?..

- По-твоему, нормальный, адекватный человек стал бы скакать перед компанией качков, распевать гимны и танцевать? Будь я нормален, я бы ограничился зеркалом. – Он поддел носком изношенной кеды осколок пудреницы.

Эми, по-прежнему всхлипывая, стала утирать слезы тыльной стороной ладони. Результатом оказалась просто невероятная картина – размазанный по щекам макияж делал ее похожей на припадочную больную, которая попыталась сделать себе мейк-ап углем и акварельными красками.

- Красотка, - «сумасшедший разум» заржал на всю площадку.

- Дурак, - обиженно откликнулась Эми. Она почти свыклась с мыслью, видит несуществующего человека, который зовет себя ее разумом, что, соответственно, показывает, что разум ее как раз покинул…

Майнд закурил. Они молчали какое-то время, но вскоре оказалось, что сигарета эта была последней, и парень заговорил.

- Эми… Ты понимаешь, зачем я к тебе пришел?

- Честно? Нет.

В небе хрипло крикнула птица. Методично разрывая тонкими пальцами картонную пачку, Майнд задумчиво покусывал нижнюю губу и не отрывал взгляда от серого неба.

- Тебе нужно было выговориться. Насчет… насчет сестры.

Эми так резко повернула голову, что металлические серьги у нее в ушах жалобно звякнули.

- Мне. Плевать. Иди. К чертям, - с расстановкой сказала она.

- Ну что ты злишься? Разбитую вазу склеить невозможно, но разбитое сердце – вполне… Душу тоже можно починить.

- Не надо меня чинить. Я не разбита, - пожалуй, чересчур резко ответила девушка.

- Ну и дура. Сама же в это не веришь.

Зазвенела металлическая сетка ограждения. Наигравшиеся баскетболисты наплевали на нормальный выход с площадки и стали взбираться по забору.

- Знаешь, что такое разум? Это просто накопление чужой лжи, живущей в человеке, чтобы он мог увидеть сам себя. И этой лжи так много, что разум способен говорить только правду… Однако люди почему-то предпочитают слушать сердце. Ваше дело, конечно…

- Зачем ты говоришь мне это сейчас? Почему тебя не было рядом, когда моя сестра умирала ребенком, когда ее последним желанием было то, чтобы я ей спела?! – Эми трясло, как при лихорадке. Больше всего она сейчас ненавидела этого длинноного парня в тертых джинсах и несуразной, яркой футболке, который, к тому же, ее собственная галлюцинация…

- Я всегда рядом, - очень тихо сказал Майнд. – Только ты никак не могла меня увидеть… Не хотела, точнее. Считай нашу встречу… пробуждением, что ли.

- Как-то запоздало ты меня разбудил, - Эми горько усмехнулась.

- А я пока и не разбудил. Когда проснешься – поймешь. – Майнд встал, засунул руки в карманы джинсов и зашагал к металлической сетке. Когда Эми это поняла, он уже карабкался вверх, повторяя путь качков-баскетболистов.

- Эй, ты куда? – Девушка вскочила, готовая последовать за ним.

- Когда я в следующий раз буду нужен – ты встретишь меня вчера. Привет.

И, выдав этот несуразный набор слов, он перемахнул через сетку и исчез.

Раздался звук грома. Тучные дождевые облака наконец решили избавиться от груза воды. Ливень хлынул стеной, типично осенний, неприветливый ледяной ливень. Подставив лицо под тугие струи, Эми стояла, раскинув руки – и чувствовала, чувствовала, как в ней просыпается что-то новое, неизведанное – не сказать, чтобы светлое, но лучше грызущей печали в общепринятом дуэте с болью точно. Не думаю, что пробуждение этого «чего-то» принес дождь – скорее, непонятная фраза ушедшего Майнда была чем-то вроде заклинания.

Вдохнув полной грудью порцию студенистого дождевого воздуха, Эми зажмурилась и закричала, как могла громко:

- Я проснулась! Привет!..

_____________________
*Данный человек существует в реальности. Эми Линн Ли, в замужестве Хартцлер, является солисткой и основательницей рок-группы Evanescence. Имя реальное, внешность реальная, смерть сестры реальна, в общем, все реальное, кроме описанных событий.
**От английского mind – разум.
[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Воскресенье, 01.09.2013, 15:20
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Среда, 04.09.2013, 20:25 | Сообщение # 72
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Осенняя пейзажная. Ориджинал, стих.]Сентябрем дохнув в открытое окно,
Вальс дождя стремится улыбнуться.
Небо опрокинув вниз легко,
Старым дням так хочется проснуться.

Строчкою забывчивою осень
Просочится в щели мрачных снов.
И туман мечты земли уносит
На крылах рябых ушастых сов.

Вновь летучей мышью пронесется
Первых дней благих воздушная вуаль.
В зеркале цветы осколком солнца
Посылают мыслей свет куда-то вдаль.

Свежесть принесет на пальцах осень -
И уснет ребенком где-то в щели.
Речь свою сказать нас мир попросит -
И пойдет все так, мой друг, как мы хотели.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Среда, 04.09.2013, 20:25
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Вторник, 08.10.2013, 15:39 | Сообщение # 73
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
К чертям ритм, рифму и смысл - сплошная экспрессия.

[cut=Привет. Ориджинал, стих.]Привет. А я ведь больше тебе не верю.
Когда-то - может быть, но только не сейчас.
Привет. Я навсегда для тебя потерян.
Останься для меня простым набором фраз.

Прощай; я не разбит, не нужно;
В неясной осени есть что-то для тебя.
Прощай; мне стало слишком душно
В линейке серо-красных дней календаря.

Молчи, молчи; слова разрушат ясность.
Ты так нуждалась раньше в романтизме лжи.
Молчи уже; останется прекрасным
Тот грех, пардон, вложенный в миражи.

Привет. Ведь ты мне больше уже не веришь.
Когда-то заслужил подобное и я.
Привет. Когда-нибудь и ты воспламенеешь,
Уйдя навек из строк календаря.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Вторник, 08.10.2013, 15:39
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Четверг, 10.10.2013, 12:32 | Сообщение # 74
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Лунное безумие. Ориджинал по заявке. Глава 11. Сходить с ума не больно.]- Что?!

- Что слышала. Вот смотри, - Майк тяжело вздохнул и покачал головой. - Долго объяснять, конечно, ну да ладно... Так, слушай. Началось все, собственно, с твоей встречи с этим ублюдком Томом на поляне. Он прочитал тебе сказку про лунное безумие, наложив на тебя довольно простенькое затуманивающее заклинание - так, для пущего эффекта. Снял с тебя отпечаток тени - забрал твою внешность, твое лицо, если так тебе яснее, не тронув при этом твою сущность, что фокус довольно тонкий. Подозреваю, что он в этом достиг немалых высот, но не хотелось бы, чтобы мои подозрения подтвердились. Он как-то умудрился удерживать отпечаток без носителя длительное время - ну, либо новый носитель уже лежал где-нибудь в соседних кустах... Этой же ночью из города исчезла девушка - связь объяснять надо?

Объяснять не надо было. Вообще. Ничего.

Но сделанного не вернешь.

- А что, он не мог взять... это... на себя?

- Во-первых, довольно трудно удерживать на себе тень человека другого пола. Ну а во-вторых, твой дорогой Том слишком дорожит своей шкурой, чтобы пожертвовать собой; а ведь он собирался тебя убить.

Ворон каркнул с мрачным удовольствием в голосе.

- То есть... как? - неприятно поразилась Эми.

- То есть вот так. Ему нужно было устроить у вас в деревне внеплановую смерть с последующим выведением мертвеца в свет. Но, все-таки, какими бы силами он не баловался, некромантия ему никогда не будет подвластна, поэтому ему нужен был живой дублер, который некоторое время не будет путаться под ногами ни у него, ни у населения деревни; по ряду причин он выбрал тебя.

- Почему меня? И зачем ему вообще это надо?!

- А вот нечего было по лесам шляться, - внезапно отозвался скрипучий голос, который беседовал с Майком, пока Эми притворялась спящей. Только сейчас девушка поняла, что никаких людей, кроме нее и некроманта, в комнате больше нет. - И у тебя проблем бы не было, и не было бы этого цирка с твоим воскрешением, тьфу.

Майк застонал и с размаху закрыл лицо одной рукой, пробормотав что-то вроде "Все, как обычно, очень вовремя". Эми же просто потеряла дар речи от изумления.

Не каждый день тебя упрекают голоса из ниоткуда.

Хотя, казалось бы, нечему уже удивляться.

- Опережая крики, истерики, мысли о призраках и тому подобное, - продолжал голос, - я вполне материальное существо, с тобой все нормально, нам придется дружить - привыкай. - Ворон вспорхнул на плечо Эмили и ткнулся острым клювом ей в мочку уха. - Думаю, знакомство состоялось - твое имя я знаю, у меня имени нет. И, может, ты скажешь хоть слово?

Кажется, крестьянка показалась птице недружелюбной и неразговорчивой. Ну, не будь она в таком шоке, она, быть может, и побеседовала бы с ним...

- Он говорит, да? - опасливо отстранив голову от клюва ворона, очень тихо, словно желая, чтобы крылатый болтун ничего не услышал, спросила Эми.

Некромант устало пожал плечами и грустно усмехнулся.

- Причем постоянно, причем обо всем и без повода. Этим он ужасно меня раздражает .но это издержки - он отличный разведчик, там, где не пролезу я, пролетит ворон. Еще у меня есть филин, но в последнее время мне кажется, что он обитает у меня в качестве предмета интерьера... - Филин под крышей обиженно ухнул. Мол, я все слышу! - В общем, не суть. О чем это мы? Ах, да. Наш цирюльник был всегда падок на красивые зрелища, а твоя битва с озверевшей от страха семьей, по его мнению, невероятно интересное представление. Да и к тому же, Эми, ты слишком много знаешь, и то, что ты в глазах людей эдакое дьявольское создание, восставший из могилы мертвец, ему только на руку; даже если ты и начнешь что-то рассказывать, тебе вряд ли кто поверит, кто в сане меньше младшего Инквизитора. Да и если выражаться языком театра, на который он так падок, ему нужно было подготовить сцену перед появлением главного героя, - и, заметив, что Эми ничего не поняла, вздохнул и с непередаваемым выражением произнес: - Видишь ли, Эми, тут на сцене должен появиться некий беглый некромант, которого посланники Церкви тщетно пытаются поймать уже почти четыре года.

Эмили шумно выдохнула.

Подслушивающий все это ветер демонически захохотал в каминной трубе.

- Наверное, он думал, что я разъярюсь и полезу мстить, - некромант слабо усмехнулся и пожал плечами, уткнувшись помутнившемся взглядом в никуда. - Но тут все планы нарушила ты - ты умудрилась выжить в драке с родственниками и уснуть именно так, чтобы я тебя нашел до того, как твои раны тебя измучают. Фортуна оказалась к тебе благосклонна.

- А как ты оказался в том овраге, кстати? - спросила девушка, поежившись от ужаса этих слов.

Молодой маг как-то очень странно на нее посмотрел.

- Ты лежала около церкви. Рядом с церковью есть кладбище. Действительно, - у него вырвался нервный смешок, - что некроманту делать на кладбище.

- Да он на твою могилку шел рыдать, придурок, - проворчал ворон, недовольный тем, что все о нем забыли.

Сверкнула маленькая колючая молния, попавшая птице точно в правое крыло; запахло палеными перьями. Завопив не своим голосом, ворон запрыгал по столу, истерично вращая головой в поисках воды на случай, если пламя распространится. Однако дальше дымки не пошло.

- У-у, тварь, - сплюнул в ярости Майк, с мрачным удовольствием наблюдая, как мечется заплатившая за свою говорливость птица. Все-таки, будучи некромантом, нельзя не быть чуточку садистом.

Черноволосая крестьянка же, кажется, ничего не поняла.

- Рыдать на мою могилку? О чем он?

- Все два месяца он вместо того, чтобы готовиться к бою или самому напасть, каждую ночь сидел у креста и рассуждал, что его всюду преследует смерть, - наябедничал обожженный и обозленный ворон. - Тоже мне, страдалец нашелся. Его послушать, так его добро и радуга должны преследовать, тьфу!

- Да заткнись ты уже! - некромант метнул в болтуна еще одну молнию, но тот успел отскочить.

- А еще он тряпка и ни в чем не может тебе признаться, вот!

- Ты сам напросился, гаденыш! - с этими словами Майк схватил протестующую птицу за целое крыло и, открыв дверь, с силой вышвырнул эту находку для шпиона на улицу.

Злой, красный и смущенный некромант уселся за стол и стал нервно листать одну из книг, которые там лежали, так резко и лихорадочно переворачивая страницы, что они грозили порваться. Было понятно, что то, о чем говорил униженный и оскорбленный чернокрылый разведчик, по идее, не должно было подвергаться огласке, и это довольно сильно волновало молодого мага.

Это поняла даже Эми, которая давно уже перестала понимать хоть что-то.

- Майк...

- У этой птицы слишком бурное воображение, не обращай внимания, - пожалуй, слишком резко отозвался он. - Это того не стоит.

- Но все-таки...

- Эми!

- Один вопрос! - девушка молитвенно сложила руки и состроила умильное личико. Некромант сдался и махнул рукой.

- Ты правда сидел на моей могиле каждую ночь?

Это был очень неприятный вопрос. Вот прямо-таки жестокий по отношению к Майку; правда, кому и когда это мешало?..

Наступило молчание - долгое и тягостное; Майк, кажется, думал, каким пыткам он подвергнет не умеющую хранить секреты птицу, когда она вернется.

- Сидел, - с трудом проговорил некромант, в мыслях уже в пятидесятый раз откручивая ворону голову, - но, в конце концов, это моя работа, и вообще...

Он не договорил. Его слова были прерваны шумом в каминной трубе, но на этот раз это не был ветер; там кто-то очень гулко возился, от неумения или от желания быть замеченным. Этот кто-то свалился вниз, чудом попав не в полыхающее колдовское пламя, а в пустой котел, который все-таки успел нагреться. Когда этот некто с криками и карканьем вылетел из чана и упал на пол, стало ясно, что это никто иной, как ворон, выброшенный чернокнижником на улицу.

Некромант с чувством выругался.

***

Разговор прервался сам собой, и Майк не преминул этим воспользоваться; наплевав на возвращение блудного ворона и на жаждущую правды Эми, некромант согнал девушку с кровати и, заявив, что он двое суток как не может нормально выспаться, он буквально прыгнул на кровать и укрылся хлипким одеялом. На попытки Эми понять хоть что-нибудь он только буркнул сонно «Потом, потом», отвернулся лицом к стене и мгновенно уснул прямо в одежду – или притворился, что уснул.

Эми вздохнула и села, подобрав юбку, прямо на пол.

Что делать?

Ждать, пока некромант проснется.

А долго он спать будет?

Долго. Даже если просто назло. Поэтому вопрос повторяется: что делать?

Думать. И попытаться разобраться.

Она попыталась разложить по полочкам то, что услышала; попыталась представить, будто у нее в голове некое хранилище, заглянула туда – и поразилась.

Боже, какой бардак.

Так, что понятно из последнего разговора?

Да ни черта не понятно.

Том – предатель. Майк постоянно его так называет, а Эми, кстати, так и не удосужилась выяснить, почему. Хотя он уже успел и ее предать, хотя они знакомы всего ничего. Всего два дня, а уже столько дел натворил…

А ведь она до сих пор думает, что предавать, по идее, должны некроманты.

Сколько еще надо понять, во скольком разобраться; а ведь голова уже отказывается воспринимать хоть что-то.

Попробуем еще раз.

Том – предатель.

Нет, это не самовнушение, это констатация факта. Это так.

А Майк тогда кто? - спросил какой-то гаденький внутренний голос, впервые появившийся в подсознании Эми; это не был голос разума.

Какая разница? Он пока ничего плохого мне не сделал, - огрызнулась сама себе девушка – и испугалась.

Разговоры с самим собой – плохой признак.

Она не пророк, чтобы слышать голоса.

Сходить с ума нельзя.

Вместе с осознанием чужеродности голоса пришла какая-то страшная давящая сила; голова у Эми закружилась, она чувствовала, как что-то у нее внутри сжимается огромными раскаленными тисками.

И, не в силах выдержать нарастающего внутри непонятного давления, она схватилась руками за голову и хрипло застонала.

Некромант тебе лжет, - продолжало нашептывать что-то внутри.- Лжет и всегда лгал… Зачем ты ему? Ты всего лишь орудие… он хочет мстить… Грядет битва, скорая, кровавая битва, и если ты каким-то чудом выживешь, он сам тебя убьет – ведь он некромант, осквернитель, чернокнижник, некромант, некромант, некромант…

Гул от этого страшного слова шел по нарастающей, грохотал, как раскат грома, наступал и давил, давил многотонным прессом на сознание Эмили. Она буквально жаждала, чтобы ей стало плохо, ведь тогда отступит перед болезнью телесной болезнь душевная; но небо не проявило милосердия.

Когда Эми, скрученная внезапным натиском, глухо зарычала и коснулась лбом пола, занятой чисткой перьев ворон забеспокоился, и, сев на голову Майка, начал дергать его за волосы; но молодой маг спал крепко.

Он рассказал тебе про лунное безумие, и ты ему поверила; он лжет тебе и всегда лгал. Он говорит так, потому что сам боится сойти с ума, как сошел его Учитель, он боится безумия, как боится Света. Но ведь сходить с ума совсем не больно, правда, Эми?..

Произнесенное голосом имя окончательно сломило девушку; она впилась зубами в собственный кулак, чтобы боль ее отрезвила; но насмешка продолжалась. Тогда Эмили набрала воздуха и закричала так пронзительно, как могла; разбуженный некромант подскочил на кровати, и, ошалело озираясь, машинально стряхнув птицу со своей головы, попытался выяснить, что же это происходит.

Увидев, что Эми плохо, Майк вскрикнул и кинулся поднимать ее с пола. Руки ее свела судорога, ее всю трясло, губы шептали что-то бессвязное, глаза были широко распахнуты – и выражали один бесконечный ужас.

Как ты еще терпишь, что он до тебя дотрагивается? Как ты его выносишь? Едва-Живой, разумный труп, ведомый ему одному известными помыслами, ему нельзя верить…

- Уходи! – закричала, вырываясь, девушка. – Уходи! Не смей, не смей!

Нельзя верить… некромант, предатель…

- Что с тобой, Эми? Что должно уйти? Скажи мне, Эми, о боги, хватить отбиваться, что здесь происходит?!

Ему плевать на тебя… всем на тебя плевать… А он еще и боится безумия… а ведь сходить с ума совсем не больно, как и умирать, только нужно знать, как это сделать…

Слезы брызнули из глаз одержимой девушки.

Или ты хочешь умереть от его руки?..

- Я не хочу умирать, - обессилев, прошептала Эми. – Не хочу.

А тебя кто-нибудь спросил?

Новая волна давящей силы захлестнула черноволосую крестьянку.

- Эми! – Майк тряс ее за плечи, силясь понять, что с ней. – Ответь мне, ответь!

- Оно… внутри, - почти неслышно сказала бедняга, ощущая нестерпимую слабость во всем теле. – Оно говорит. И… оно не уходит… помоги, - одними губами сказал она.

Некромант наконец понял, что произошло; он силой прижал ее к себе – оны пыталась отбиваться – и негромко проговорил что-то на латыни.

Голос внутри Эми поперхнулся недосказанной фразой.

Раздался невероятный, душераздирающий вой; но потому, что Майк никак на него не отреагировал, девушка поняла, что его слышит только она.

Не надейся, - разъяренно зарычал голос, я просто так тебя не отпущу!

И тут Эми поняла, что все перед этим было только прелюдией.

Теперь ее ломало и крутило еще и телесно; извиваясь от боли в стальных объятиях темного мага, Эми кричала так, что закладывало уши, кусалась, царапалась, выла, - в общем, всеми способами давала боли выход. Казалось, некроманта не проймешь ничем – крепко зажмурившись, чтобы ничего не видеть, он с неизъяснимым упорством повторял фразу, смысл которой понимал он один; упорство это было достойно святого – или помешанного.

В конце концов, девушка затихла; крики сменились всхлипами; из глаз ушло безумие. Она уже не брыкалась, как одержимая – она беззвучно рыдала на плече у некроманта и, невольно ища поддержки, только сильнее прильнула к нему.

- Ну, ну, - поглаживая Эми по спине, успокаивающим тоном говорил Майк. – Все закончилось, все хорошо.

Сам же он едва стоял на ногах от усталости.

Некоторое время девушка молчала, пытаясь задушить в себе всякое волнение; но, в конце концов, не выдержала, и, захлебываясь слезами, рассказала, как начала сходить с ума. Кто виной этому наваждению, вопроса уже не возникало.

- Но ведь это не правда, да? – с надеждой в голосе спросила Эми, поднимая на Майка заплаканные глаза. – Я же могу тебе верить, да?

Его и самого занимал этот вопрос.

«Если она так хочет мне верить», - грустно подумал некромант, - «то она действительно в отчаянии».

- В принципе, твой фантом никак не врал, - сказал он после некоторой паузы. – Я действительно жажду мести, я действительно осквернитель и чернокнижник, и битва действительно очень близко, и не факт, что я одержу победу; так что сама решай, верить мне или нет.

- Мне нужно хоть кому-нибудь верить, - глухо сказала Эми, уткнувшись ему лицом в грудь.

Тот горько усмехнулся.

- Правильно. Верить кому-нибудь нужно, но не всегда можно. Но, знаешь, если тебя это успокоит: пока я в разуме, я ебя не предам. Клянусь.

Не было дымки, не было колоссальной потери сил, не было торжественного упоминания Тьмы и иже с ней, не было ничего, что сопровождало первую его клятву; но Эмили ей поверила.

- Майк, - очень тихо спросила она, - а умирать больно?

Майк тихо рассмеялся.

- Не знаю, - прошептал он, ткнувшись носом Эми в висок. – Не пробовал.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Четверг, 10.10.2013, 12:33
 
Клок_Ночи_Летящий_К_СветуДата: Понедельник, 14.10.2013, 19:22 | Сообщение # 75
прочь из моей головы
Группа: Участники Советов
Сообщений: 8777
[cut=Зеркало Мира. ФЭНДОМ: Дяченко Марина и Сергей "Ключ от Королевства". Глава 9.]- Так, отдохнули и хватит, - я встала с земли и отряхнула ноги, почти с ужасом обнаружив, что к капроновым колготкам первоклассно липнет мелкий мусор. Причем по левой ноге уже успела побежать стрелка таких масштабов, что от одного ее вида мою маман хватил бы гарантированный инфаркт. Уже прекрасно, не правда ли? – Оставь эту грешную повязку, сейчас она тебе без надобности; попробуй просто по мне ударить. Огнем, ветром, кем-нибудь живым или духа там какого-нибудь казенного призови, вроде Гитлера или Есенина; попробуй сначала сам, без моих объяснений, - и, чтобы Макс не сомневался, что мне от его потуг не будет худо, я натянула перед собой тоненькую защитную сеточку – для вида. На самом деле, она вряд ли выдержит даже порыв ветра, но Овчинину это знать не надо.

С удовольствием сейчас бы заняла место неприкаянного зрителя – но я должна сохранять солидный вид и подбадривать горе-ученика. Хотя, какой солидный вид может быть в мятой школьной одежде и со стрелкой на колготках – не понимаю…

Кажется, мой хилый театр одного актера убедил Макса в том, что от учебы не денешься даже в параллельных мирах; бедный парень, а ведь он только что сдал все контрольные…

Овчинин напрягся – по его посоху пару раз пробежали голубоватые искры, чего он сам немало испугался – и выдал на меня целое ничего.

И вот каким-то же местом я почувствовала, что у него ничего не выйдет, иначе посерьезнее бы защиту навела.

Только я вслух это место называть не буду, пожалуй. Постараемся до последнего момента сохранять более-менее приличный лексикон – хотя бы до неоткрытых земель.

- Так, все с тобой ясно. А теперь разозлись на меня, - властно приказала я, спешно меняя «сеточку» на более прочное сооружение.

Овчинин посмотрел на меня, как на умалишенную.

Доктор, пациент неизлечим. Он добрый. Почтим же память его минутой молчания.

Так, я немного вперед убежала, кажется.

- Я не могу на тебя злиться, - осторожно произнес Максим, чувствуя вышеупомянутым местом, что сейчас ему влетит.

- Ответ неверный, - сказала я, и, сняв на секунду «броню», пальнула в него слабым лучом света – для профилактики; правда, удар пришелся несколько выше, чем я предполагала. Овчинин вскрикнул и схватился за глаза, уронив посох.

Твою же мать.

- Поднимай оружие, симулянт, - я вздохнула и со скучающим видом уселась на землю по-турецки; колготки все равно уже не спасти.

- Я ослеп, - глухо и обиженно отозвался Макс.

- Сомневаюсь, что у тебя что-то серьезное, - я покачала головой. – Воспаление хитрости, не больше. Хотя если у тебя действительно что-то с глазами, я тебе подлечу; а теперь поднимай посох и продолжаем тренировку.

- Воспаление хитрости – это тоже болезнь.

- Ага, ага, причем при обострениях воспаленный орган ампутируют ржавым кухонным ножом и закрепляют эффект армейским ремнем у разъяренного отца в руках; давай, у тебя еще есть надежда!

Хотя надежда обычно ампутируется вместе с хитростью, но это врачебная тайна.

Впрочем, мне кажется, у Максима хитрость давно атрофировалась – за ненадобностью. Если это заразно, прошу заразить этим некроманта – ему будет полезно.

Или у него к этому иммунитет?..

Неважно, в общем.

- Так, слушай меня, болезный, слушай и запоминай. Сейчас ты должен почувствовать ярость – ну, или в твоем случае, сильную обиду. Я же повредила тебе глаза? Вот и чудесно, сейчас это как нельзя кстати!

- Не понял, - честно сказал Овчинин, протирая тыльной стороной ладони чересчур чувствительные очи.

Это печально.

- Дай мне объяснить. Сейчас ты на меня сильно-сильно злишься и чувствуешь, как у тебя в животе разгорается огненный клубок… - и, тщательно выуживая из памяти урок Гарольда, я пересказала Максу то, что помнила про схему удара – у меня-то это все уже почти на инстинктах работает – стараясь говорить максимально близко к оригиналу.

Овчинин слушал внимательно, пытаясь не пропустить ни слова.

Как бы не повредился от такой тяжелой умственной работы, бедняжка.

- Понятно?

- Ну, вроде как.

- Тогда вперед, мой юный падаван, - я развела руками в стороны, мол, мишень готова.

К чему я это вспомнила, спрашивается. Ну да ладно.

Макс честно старался на меня разозлиться. Это было видно невооруженным глазом даже такому плохому психологу, как я. Выходило у него слабо – то есть никак. В конце концов вместо хоть какой-нибудь струи пламени я получила грустного Овчинина и пропавшую даром лекцию о боевой магии. Здравствуйте, я Лена, и я победитель по жизни.

- Мой юный падаван, ты идиот, - я вздохнула, для пущего эффекта напустив в голос грусти-печали, сняла защиту и требовательно протянула одну руку вверх. – Помогу учителю встать, тунеядец.

Тунеядец был послушный.

- Есть у тебя сейчас в памяти кто-нибудь такой плохой, злой и вредный, что ты без промедления готов пальнуть по нему какой-нибудь смертельной дрянью? Ну, там, я не знаю, таракан, червяк, биологичка? – Отрицательно помотав поникшей головой, Овчинин воззрился на меня взглядом побитой маленькой собачки.

Могучий воин, маг дороги, мать его.

- Ясно-понятно… Ну не грусти, к концу путешествия у тебя таких тварей для битья в арсенале будет выше крыши, - сомнительное утешение, наверное, особенно для миролюбивого Макса.

Пацифизм – это диагноз, товарищи.

Что ж мне с ним делать, с миротворцем таким…

- Ну и что ты предлагаешь? Сунешься на неоткрытые земли с таким пакетом знаний – и мы твои кости будем собирать после первого же монстрика. Или ты хватавцев тоже жалеть будешь, горе?

- Хва… кого-о?

Я объяснила.

Макс позеленел.

- Какая гадость…

- Тьфу, неженка. И эта «какая гадость» вполне сможет с тобой справиться, если нас с некромантом рядом не будет, - ну, тут, я, пожалуй, загнула. Как некромант будет с нечистью бороться, я тоже не представляю. Не будет же он против порождений неоткрытых земель зомби поднимать? Да и есть ли там зомби, за границей-то?

Красота.

Хотя, все-таки, с Максами будет явно легче, чем с Эльвирой и Александром – хотя бы морально. Тоже утешение вполне слабенькое, но у нас еще четыре дня, чтобы придумать новое.

А то к неумехе-с-посохом и кровожадному нарциссу прибавится еще и истеричная и злобная маг дороги.
Вот тогда картина будет идеальной.

***

Я решила пожалеть беднягу Макса и устроила ему внеплановую передышку. Он снова уселся на берегу, а я стала бродить по окрестностям. Местность довольно унылая, если честно – меня никогда не привлекали горы, а среди серых скал, лишенных даже отблеска живописности, мне вообще было как-то не по себе. Нет, маг дороги, а ты ждала, что Максимилиан поселится среди цветущих лугов, добрых феечек-дриад и прочей идиллистической-идиотической атрибутики, которой обычно воображение сопровождает мысль о счастливом Королевстве в параллельных мирах?

Вот не ждала. Да и физически я не могу представить Максимилиана среди цветов и фей. Где ты, моя хваленая Фантазия? На покой ушла?

Ну вот не во время…

Пока я призывала на помощь собственное воображение, прыгая по скалам, аки полоумная коза с посохом, некромант вернулся в замок – я поняла это по тому, что в одном из окон мелькнула долговязая человеческая тень.

И теперь представьте мою реакцию на такую картину: в узком окне видно, как к первой длинной тени подходит вторая, не менее высокая, и резко проводит рукой по горлу первого человека.

Фонтан крови был заметен даже с моего наблюдательного поста.

Обет не ругаться четыре дня был разрушен ко всем чертям.[/cut]






Фанфики|Пещера


Сообщение отредактировал Клок_Ночи_Летящий_К_Свету - Понедельник, 14.10.2013, 19:22
 
Остров Советов » Персональные пещеры » Пещера двух музыкантов » "Тишина душит бархатным платком..." (Мое писательское творчество.)
  • Страница 5 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Поиск:
Новый ответ
Имя:
Все смайлы
Смайлики: дизайн ©Капля Росы
Только для Острова Советов©
Копирование на другие форумы запрещено
{?BBPANEL?}
Опции сообщения:
Код безопасности:

Яндекс.Метрика

Коты-Воители, Знамение Звезд, Эрин Хантер, Остров Советов, Красная Звезда, Перламутровая, форум, творчество, общение, КВ ЗЗ
Шапка © Прометей
Copyright Красная Звезда© 2009-2021
Вверх Вниз
Конструктор сайтов - uCoz